October 3rd, 2016

Арсений Тарковский "Я прощаюсь со всем, чем когда-то я был..."

Tarkovskiy 1907 - 1989 (581x700, 74Kb)

* * *
Я прощаюсь со всем, чем когда-то я был
И что я презирал, ненавидел, любил.

Начинается новая жизнь для меня,
И прощаюсь я с кожей вчерашнего дня.

Больше я от себя не желаю вестей
И прощаюсь с собою до мозга костей,

И уже, наконец, над собою стою,
Отделяю постылую душу мою,

В пустоте оставляю себя самого,
Равнодушно смотрю на себя - на него.

Здравствуй, здравствуй, моя ледяная броня,
Здравствуй, хлеб без меня и вино без меня,

Сновидения ночи и бабочки дня,
Здравствуй, все без меня и вы все без меня!

Я читаю страницы неписаных книг,
Слышу круглого яблока круглый язык,

Слышу белого облака белую речь,
Но ни слова для вас не умею сберечь,

Потому что сосудом скудельным я был
И не знаю, зачем сам себя я разбил.

Больше сферы подвижной в руке не держу
И ни слова без слова я вам не скажу.

А когда-то во мне находили слова
Люди, рыбы и камни, листва и трава.

1957

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Выписки из книг: Питер Акройд "Завещание Оскара Уайльда".

"...Великая тайна Фауста заключается не в разделении рассудка и чувства, а в том, что чувственность была для него утонченнейшей формой разума. И вот, отдавая дань немецкой мысли, я не сдерживал своих порывов; может быть, этого и вправду не стоило делать, ибо, неосуществленные, они могли обратиться в отраву. Именно поэтому я полагаю, что у самого необузданного распутника жизненная философия здоровее и чище, чем у пуританина. Пуритане – злейшие враги цивилизации: они не понимают, что в основе ее лежит радость."
126042416_mailservice (445x700, 92Kb)

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Выписки из книг: Паскаль Мерсье "Ночной поезд на Лиссабон" + фильм.

"...Встречи людей – кажется мне порой – похожи на встречи поездов, когда они, промелькнув друг мимо друга, равнодушно разъезжаются в глубокой ночи. Мы бросаем беглый поверхностный взгляд на других, сидящих за мутными стёклами в тусклом свете, и они исчезают из поля нашего зрения прежде, чем мы успеваем реально воспринять их. Кто там был, мужчина или женщина, эти фантомы в раме освещённого окна, возникшие из ниоткуда и без цели и смысла канувшие в мрачную пустоту? Знакомы они друг с другом? Болтали? Смеялись? Плакали? Кто-то скажет: мы как случайные прохожие, пробежавшие друг мимо друга в дождь и ветер, – такое сравнение может кое-что передать. Но со сколькими людьми мы годами глядим друг другу в глаза, вместе едим, вместе работаем, лежим бок о бок или живём под одной крышей. Какая уж тут мимолетность!"



Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Милена Макарова "Это почти по-японски – «алели маки»..."

Маки в живописи Hikmet Cetinkaya (640x486, 114Kb)
Художник: Hikmet Cetinkaya

* * *
Это почти по-японски – «алели маки»,
Или все же по-русски – «маки алели»...
Ночь отмывала дневную жемчужную накипь,
Жизнь улыбалась улыбкою Маккиавели.

Опиум спал в шелковой красной рубахе.
Снилось ему нечто, лишенное плоти.
Милый мой дактиль, любезный мой амфибрахий,
Мягко ступающий ямб – ну чем не наркотик?

Словно лунатик проходит по темной аллее
Эта душа. Словно скользит по канату.
Словно рифмует неловко – «эрос-танатос».
Словно играет с судьбой в «холоднее-теплее».

В Книге Живых оставляя последнюю запись:
«Был здесь недавно, но видел не очень-то много»...
Милый мой дактиль, любимый навеки анапест.
Что за нежнейший наркотик высокого слога?

Опиум спал в полупрозрачном флаконе,
Там, за стеклом звуки становятся тише.
И наконец, будто дюжина нежных Японий,
Вдруг раскрывался шелковый веер трехстишья.

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru